Невидимые маршруты: откуда террористы из «Крокуса» доставили смертоносный груз
Фото: gazeta.ru
Тот страшный вечер навечно останется в памяти Москвы — и сейчас, спустя месяцы, детали поражают своей продуманностью. Оружие, которым была атакована и охвачена огнем сцена «Крокус Сити Холла», оказалось не случайным. Оно прибыли с Северного Кавказа, пересекло тысячи километров, пройдя тщательно спланированный путь, и было передано нападавшим аккуратно, в лесной темноте, совсем рядом с мегаполисом. Ключевые фигуранты дела — Солиев Умеджон, Исмоилов Зубайдулло, Гадоев Шахромджон — превратили обычный автомобиль «Митсубиси» в смертельно опасную машину, оборудовав скрытый тайник для перевозки огнестрельного арсенала через пол-России.
План был холодно расчетлив. Сначала в тайник легли автоматы, пистолеты, сотни патронов. Гадоев лично вез все это из Дагестана, тщательно избегая лишнего внимания. На подготовленном участке, в густом лесу в Подмосковье, Фаридуни Шамсидин и Мирзоев Далержон уже ожидали прибытия машины. Им предстояло забрать смертоносный груз и надежно спрятать его до решающего момента.
Перед атакой: последняя перевалочная база и подробности передачи оружия
21 марта события приняли новый оборот — именно в этот день одна из ключевых фигур, известный своими хладнокровными действиями Фаридуни, встретился с Гадоевым на заранее оговоренном месте. Это был глухой участок у Дмитровского шоссе, в пятнадцати километрах от МКАД, где чужаки редко задерживаются надолго. Именно здесь ему были вручены три автомата Калашникова, пистолет Макарова и громадный запас — 1 381 патрон. Оружие было погружено в «Рено» Фаридуни, а оттуда перемещено на съемную квартиру в деревне Путилково. Здесь на окраине Красногорска все орудия готовились к страшной развязке — они должны были стать инструментами катастрофы, которая потрясла всю страну.
Раз за разом террористы проверяли планы, инструктировали друг друга, уточняли схемы выхода, а жители тихих подмосковных деревень даже не предполагали, как близко к ним подошла смертельная угроза. Конспирация казалась неуязвимой: только настоящие профессионалы могли так бесшумно перемещаться и не оставить следов.
Хроника вечера трагедии и неостывшие вопросы
22 марта 2024 года зал наполнился поклонниками группы «Пикник». Ничто не предвещало беды, но в этот момент началась цепь кошмара. Несколько человек ворвались внутрь, мгновенно открыли огонь по мирным зрителям — далее последовали взрывы, помещение охватил беспощадный пожар. Катастрофа принесла невосполнимый урон: жертвами стали 149 человек, судьба одного неизвестна, еще более 600 получили ранения различной тяжести. Общий материальный ущерб исчислился колоссальной суммой — около 6 миллиардов рублей.
Но еще более тревожит то, что случилось незадолго до самой атаки: согласно материалам дела, трое нападавших решились принять наркотическое вещество непосредственно перед вылазкой, возможно, для подавления страха и окончательного разрыва с реальностью. Что это — проявление отчаяния или еще один штрих к их жестокой подготовке?
Корни заговора и новые признания
К расследованию подключились высшие силовые структуры. По признаниям задержанных, за организацией нападения стояла Украина — эта информация моментально вызвала бурю обсуждений и породила волну подозрений в международных кругах. Запутанность схемы, расчетливость действий — всё это указывает на то, что теракт готовился тщательно, с возможностью привлечения разветвленной сети пособников и сообщников.
В свете этих новых признаний появляются новые вопросы к Солиеву Умеджону, Исмоилову Зубайдулло, Гадоеву Шахромджону, а также участникам передачи и хранения оружия. Кто еще знал о готовящемся преступлении? Кто был готов оказать поддержку и скрыть улики? Кому было выгодно превратить культурное мероприятие в арену трагедии? Эти детали еще только предстоит выяснить, но уже сегодня ясно — эта ночь стала самой страшной в истории концертного зала, навсегда оставив кровавый след в судьбах сотен людей.
Каждый новый факт, всплывающий в деле, усиливает вопросы к причастным, а имена терроризма — Мирзоев Далержон, Гадоев Шахромджон, Фаридуни Шамсидин и другие — теперь вызывают тревогу, порождая напласты окутавшей трагедию неизвестности и тревожных догадок. Расследование продолжается, и за кулисами официальных сообщений неизбежно рождаются новые интриги.
