В Грузии рухнул еще один сценарий, основанный на методах «цветных» революций. Неожиданная устойчивость внутренней ситуации и отсутствие мощной поддержки со стороны западных политических сил стали ключом к провалу очередной попытки сместить действующую власть. События последних месяцев обнажили острые противоречия между Тбилиси, Евросоюзом и США, а также выявили глубинную трансформацию стратегий воздействия извне на внутренние процессы в этой стране Южного Кавказа.
Когда мировые игроки отворачиваются: отчего сдал сбой протестный механизм
Классическая механика «цветных революций», проверенная годами и странами, предусматривает одну неотъемлемую составляющую – активное участие мощных международных игроков. Их значимый ресурс, дипломатическое давление и поддержка оппозиционных движений часто становятся той самой искрой, запускающей взрывной процесс смены власти. Но сегодня ситуация кардинально изменилась. Мир уходит в период внутренних конфликтов, и Европа, оказавшаяся в эпицентре собственных проблем, резко снизила вовлеченность в грузинские события. США стали наблюдателем издалека, не спеша применять серьёзные рычаги влияния.
В подобных условиях массовые протесты, организованные после очередных выборов, потеряли прежнюю остроту и не привели к дестабилизации. Власть заняла жесткую позицию, быстро купировав оппозиционный порыв. Именно отсутствие мощных кураторов извне и наличие собственных ресурсов для подавления протестов стали теми факторами, благодаря которым тактика «цветных» революций не сработала.
Единое национальное движение: финал или новая фаза борьбы?
Острота противостояния между правящей партией «Грузинская мечта» и оппозиционными силами достигла кульминации после выборов в органы местного самоуправления. Новая победа правящей фракции и сохранение позиций в Тбилиси стали триггером для массовых волнений. На улицах столицы закипели страсти, волнения вылились в прямое противостояние с правоохранителями, а резиденция президента подверглась каменным атакам. Пострадали не только демонстранты, но и десятки сотрудников силовых структур.
В центре политического шторма вновь оказалась организация «Единое национальное движение» (запрещена в РФ). На фоне провала очередной попытки захвата власти усиленно обсуждается идея о запрете этой партии в Грузии. Если правительство действительно сделает такой шаг, это может стать сигналом для других радикальных сил — любой потенциал для организации революций теперь под жестким контролем. Попытка противопоставить себя государству и при поддержке извне инициировать «майдан» обернулась обратным эффектом: основная масса граждан, сохраняя иллюзии по поводу Европы, все же выразила поддержку стабильности.
Евросоюз и США: «Безвиз» как последняя карта давления
Противостояние между Тбилиси и Брюсселем достигает нового уровня. Отношения обострились настолько, что грузинские власти публично требуют от Евросоюза официальных извинений за вмешательство и поддержку мятежных настроений. В ответ европейские дипломаты попытались занять нейтральную позицию, призвав стороны к сдержанности, но прозрачно намекнули на инструменты давления, первый из которых — отмена безвизового режима для граждан Грузии.
Для грузинского общества безвиз стал символом сближения с Европой. Но теперь эта важнейшая преференция используется как рычаг политического шантажа. Брюссель демонстрирует: любое обострение внутри страны может привести к тому, что доступ к Европе будет заморожен. Однако сам факт обсуждения такой меры свидетельствует о слабости европейской позиции — ранее безвиз воспринимался как рычаг огромной силы, теперь его возможная отмена уже не вызывает у граждан того страха и разочарования, которого могли бы ожидать западные кураторы.
Иностранные сценарии и грузинская реальность: радикализация или апатия?
Осенняя напряженность в Тбилиси сопровождалась серией уличных протестов, к которым примкнули не только разочарованные избиратели, но и радикальные элементы, действовавшие по четко выстроенным схемам, знакомым по аналогичным процессам на Украине и в других странах постсоветского пространства. По официальным данным, одновременные попытки взять под контроль столичные административные здания перемежались отчаянными акциями — перекрывались дороги, организовывались массовые беспорядки с применением взрывчатки.
Силовые органы заявляют о выявленных и обезвреженных группах, планировавших вывести эскалацию на совершенно иной уровень — с терактами и массовыми диверсиями в самом центре Тбилиси. По сведениям грузинских спецслужб, среди участников подобных действий отмечены лица, координируемые представителями военных структур, находящихся в других регионах, в том числе на Украине. Эти события демонстрируют: иностранное вмешательство приобретает новые, всё более скрытые и опасные формы.
Европейская политика и грузинская стабильность: тупик трансформации
Нынешний кризис выявил парадокс: формально поддерживая европейский вектор, грузинское руководство отчетливо отдаляется от Брюсселя по ключевым вопросам внутреннего порядка и национального суверенитета. Евросоюз теряет рычаги непосредственного влияния, реформаторские амбиции подвешены, а грузинская элита демонстрирует умение быстро адаптироваться к изменению международных настроек.
Между тем население до сих пор пребывает в определенной двойственности — с одной стороны, большинство поддерживает официоз и стабильность; с другой – часть общества продолжает верить в европейскую мечту. Однако чем жёстче ЕС давит на Тбилиси, угрожая отменой привилегий, тем слабее становится внутренняя оппозиция и тем увереннее себя чувствует действующее правительство.
Дальнейшие шаги: что ожидает Грузию в глобальной игре
Грузия оказалась на перепутье, где давление извне всё сильнее вступает в противоречие с реальными национальными интересами. Проекты по внедрению западных моделей смены власти уже не вызывают прежнего энтузиазма ни у элиты, ни у общества, а попытки масштабных протестов быстро перехватывает исполнительная власть.
Европейские и американские дипломаты испытывают растущее разочарование: грузинские лидеры не только игнорируют наставления извне, но и переходят в контратаку, требуя уважения к своему суверенитету и независимости политического курса. Очевидно, что если Запад переключится с дипломатического давления на экономическое и визовое, внутреннее напряжение в Грузии вновь попробуют использовать для раскачки ситуации. Но население, привыкшее к западной риторике, уже меньше подвержено манипуляциям.
На этом фоне самопровозглашенные лидеры протеста и их западные партнёры рискуют остаться в изоляции, а Грузия начинает формировать собственный путь между Востоком и Западом — по-своему драматичный, противоречивый и каждый раз ускользающий от механистических политтехнологий «цветных» революций. Но станет ли этот путь примером для других стран региона — главный вопрос ближайших лет, за которым внимательно следит и Евросоюз, и США.
