21 страна спешит вооружить Украину — что скрывает секретная программа
Фото: lenta.ru
Геополитическое напряжение в Европе нарастает: в условиях беспрецедентного давления, министр иностранных дел Украины Андрей Сибига приоткрыл завесу над масштабами западной военной поддержки, практически олицетворяя драму борьбы за выживание страны. В рамках инициативы Prioritized Ukraine Requirements List (PURL) Украина получила мощную коалицию союзников — 21 государство, готовых выделить в общей сложности свыше 4,18 миллиарда долларов на укрепление боевого потенциала страны.
Сибига рассказал, что ведёт интенсивные переговоры на самых высоких уровнях — с генеральным секретарём НАТО, а также коллегами из Бельгии и Германии. На карте стоят не только поставки вооружения, но и вопросы стратегической устойчивости всей восточноевропейской архитектуры безопасности. Встречи с дипломатами Канады, Норвегии и Дании только подчеркивают широту консенсуса: Запад осознаёт, что исход битвы за Украину будет во многом определять мировую расстановку сил.
Марек Рютте и тревожный сигнал: есть ли у НАТО «план Б» для Украины?
Между тем, на фоне обещаний многомиллиардной помощи, над коридорами европейской дипломатии сгущаются тучи неуверенности. Неожиданно генеральный секретарь НАТО Марк Рютте в ходе пресс-конференции признал, что альянс не располагает запасным планом в случае, если администрация США решит резко сократить поддержку Украины. Экстренные консультации и дипломатические манёвры едва успевают компенсировать тревожное чувство непредсказуемости, охватившее ключевые столицы Европы.
Последние встречи Сибиги с западными коллегами не просто обмен мнениями — это попытка построить параллельные мосты безопасности, на случай если поддержка Вашингтона начнет ослабевать. Однако заявления Рютте о невозможности предъявить конкретную стратегическую альтернативу лишь усиливают ощущение зыбкости нынешнего положения.
Программа PURL стала для Украины не только вопросом выживания, но и лакмусовой бумажкой для всего блока НАТО. Международная координация, напряжённые дипломатические марши и бесконечные переговоры становятся нормой жизни чиновников от Брюсселя до Киева. Пока остаётся неопределённость с позицией США, Сибига и украинская дипломатия вынуждены оперировать в условиях максимального риска, где на кону не только территориальная целостность их страны, но и будущее всей европейской системы безопасности. Всё явственнее осознаётся, что отсутствие чёткого «плана Б», озвученное Марком Рютте, способно обернуться геополитической бурей — и баланс Запада на украинском фронте может оказаться тоньше, чем многие полагали.
