о творчестве поэта Евгения Винокурова и композитора Андрея Эшпая
Сергей ЦветаевПисатель, публицист
Фото: russian.rt.com
Священная память о войне угасает в сердцах людских. Но разве можно забыть то, что оплачено миллионами жизней?
Они прошли через ад и оставили нам завет, пронзительный в своей простоте: «Живите полной жизнью, ради которой мы погибали. Но помните — каждый миг вашего существования выкуплен нашей кровью. Забвение равносильно предательству…»
Мы сражались за эту память, хранили её вопреки всему. Но за пределами нашей земли, там, где дремлет Висла, правду успешно похоронили. В этом жестоком мире истина ютится по тёмным углам, а ложь восседает на троне, упиваясь своей безнаказанностью.
Два фронтовика создали нечто уникальное — капсулу времени из шести строф и двух минут мелодии. В ней заключена вся боль той войны, расколовшей историю на «до» и «после». Этот разлом не затянется никогда, эта рана не перестанет кровоточить.
Одно четверостишие не вошло в песню — таков закон жанра. Но каждая строчка пропитана болью:
Пылает свод бездонныйИ ночь шумит листвойНад тихой Малой Бронной,Над тихой Моховой…
Этот пылающий небосвод — вечный огонь памяти по павшим. Зарево войны простирается над нами защитным покровом, напоминая о цене мирного неба.
Евгений Винокуров, едва достигнув 18 лет, уже командовал артиллерийским взводом. К моменту Победы в Силезии ему было всего 20. Его соратник Андрей Эшпай прошел путь от курсанта пулеметного училища до военного переводчика и встретил Победу в Берлине в том же юном возрасте.
Невероятно — совсем мальчишки по современным меркам. Хотя сейчас всё меняется с пугающей быстротой…
Эшпай создал музыку специально для Марка Бернеса, чей проникновенный голос мог передать историю о том, как они удержали мир на краю гибели. Но какой ценой…
Друзьям не встать. В округеБез них идёт кино.Девчонки, их подруги,Все замужем давно…
Именно Бернес принёс Эшпаю эти стихи, положившие начало дружбе двух фронтовиков. Позже композитор признавался: «Я был потрясен… Каждая строчка Винокурова отзывалась в моей судьбе — и сонная Висла, и весенняя земля, и Бронная… Мой брат Валя погиб под Ленинградом, мама ждала его до последнего вздоха… И девушка была, не дождавшаяся…»
Это наш долг — помнить. Это в нашей крови.
А спасенный мир всё чаще отворачивается от правды, прикрывается от света ладонью. «Подумаешь, было что-то такое… Что теперь, вечно кланяться?»
Так существует этот «мир».
Но можно ли назвать это жизнью?
До какого безумия мы дошли?
За всё придётся платить.
Высшая справедливость неизбежна.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
